Крест Скорби и Покаяния

...и в том строю есть промежуток малый. Быть может, это место для меня...

  • Увеличить размер
  • Размер по умолчанию
  • Уменьшить размер
Главная 1939 1939 САПЕРЫ ОБЕДАЮТ


САПЕРЫ ОБЕДАЮТ

E-mail Печать PDF

со страницы музея Карельского перешейка.

Перевязка раненого

С «девятого километра», сопровождая колонну грузовиков со снарядами и продовольствием, пришла рота саперов. Целую ночь лежали в снегу — перестреливались с егерями-лыжниками. Утром штыковым броском сбили «пробку», закупорившую дорогу, прорвав кольцо окружения.
Идут — небритые, серые, какие-то острые все. Перебрасываются короткими фразами. Ругаются — беззлобно— больше для облегчения нервов от утренней нагрузки.
На головном грузовике шесть мерзлых трупов. Шестеро шоферов с грузовиков разбитого позавчера эшелона. Комендант штаба кличет ближайших:
—  А ну, товарищ. Снимем... Подходят. Откидывают правый борт.
—   Куда?
Комендант озабоченно оглядывается вокруг.
—  Давайте пока что сюда — под елку...


По двое, один под плечи, другой за ноги, снимают покойников, несут под елку. Смерть настигла шоферов с налету — как сидели за рулем, так и застыли. Вот таких, с согнутыми коленями, с выброшенными вперед руками, и складывают их около ели — одни к одному, рядком.
Сложили, остановились. Посмотрели. Пошли но своим делам.
Последний — долговязый, с рыжей, свалявшейся бородой, с застрявшими в рыжем войлоке зелеными сухими травинками, выйдя на дорогу, заметил в кювете неубранный  после вчерашнего  налета  труп  финского юнкера.
Юнкер лежал на спине, голова закинута назад. Тонкие губы разъяты, широкие белые зубы стиснуты.
Сапер остановился. Переступил с ноги па ногу. Бросил в сторону покойника:
Чего смеешься?..  Рад...  Из-за угла убиваете... Хороши.
Плюнул. Поежился. Пошел по дороге.
Увидел старшину, закричал:
Эй, старшина! Когда   же кухню подгонишь? Душа к ребру примерзла. Хоть бы щами малость отогреть.
Старшина вместо ответа обернулся к ревущей моторами колонне и, размахивая руками, как ветряная мельница, заорал:-
Говорил я вам, Гаранин,— объезжайте справа. Куда вас черт понес?..-
Рыжий   потянул поздрями   морозный   воздух — щами пахнет. Впритруску зашагал к пробке.
- Давай, ребята, сюда. Щи наши в канаве застряли.
Около съехавшей одним  колесом в капаву походной кухни быстро образовался серый муравейник, Повар, натягивая поверх шинели несвежий белый халат, командовал:
Да не толпитесь вы без толку-то, черти. Давай за колесо, за колесо, говорю... Да осторожнее, опрокинете...
А ну, раз, два, три взяли...
Дружным рывком саперы вырвали кухню из канавы. Пронзительно скрипя скрипя коваными колесами по утоптанному упругому снегу кухня тронулась вперед...
—  Давай сюда, в сторону, под елку, а то, гляди, «птичка» налетит, засуешься...
Кухня, попыхивая белым, по-домашнему пахнущим паром, остановилась. Как по команде, саперы выстроились извилистой очередью в ожидании обеда. Отстегнули котелки. Добыли из-за голенищ валенок ложки.
—  Да вы встаньте как следует... Не напирайте,— надрывается повар.— Успеете... Я вас дольше ждал.
Уемистый уполовник принялся   кланяться. В котел - из котла - к котелку. И опять. И снова...
Люди, получив щи, располагаются обедать — кто на пенек, кто на поваленную ель, кто просто на снег, ноги калачиком. Промерзлый хлеб оттаивают в горячих щах. Щи  стынут.  Спешат  съесть  побыстрее,  пока  совсем не остыли.
Маленький остроносый сапер, со слезящимися узенькими, косящими глазами, получив суп, беспомощно шарит за голенищам — в правое, в левое, лезет за пазуху. Тю, черт... Потерял, видно, ложку, как в снегу валялись.
Пытается пить через кран. Горячие щи обжигают губы, текут по подбородку...
Рыжий, разгрызая крепкими зубами мороженый хлеб, говорит нравоучительно:
—   Растяпа. Потерял. Солдат без ложки — как собака без хвоста. Ну, чего ты жжешься? Что мечешься? Вон видишь, у покойника ложка за голенищем. Ему все равно не нужна, а тебе как раз в пору будет...
Остроносый секунду раздумывает, потом идет к мертвым шоферам и достает из-за голенища одного из мертвых большую желтую ложку.
Повертел в руке. Сунул два-три раза в снег. Зачерпнул щей.
—   Вот и правда, ловко получилось... Осмотрелся вокруг — все  бугорки  заняты  обедающими.  Приметил  около  мертвых  невысокий  пенек.  Сел, опершись спиной на покойника, и начал сосредоточенно хлебать стынущие щи, заедая мерзлым хлебом.
Четырнадцатое декабря.
Пятнадцатый день войны.
А для этого сапера — первый.
До чего быстро человек на войне привыкает к соседству смерти!
1940


Последнее обновление 18.12.13 08:17  

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Последние комментарии

mod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_counter
mod_vvisit_counterToday3149
mod_vvisit_counterYesterday1281
mod_vvisit_counterThis week5523
mod_vvisit_counterLast week7821
mod_vvisit_counterThis month14490
mod_vvisit_counterLast month34002
mod_vvisit_counterAll days3307437

We have: 63 guests online
Your IP: 54.196.201.241
 , 
Today: Дек. 14, 2017

Яндекс.Метрика



Объявления

Ищу книгу:
Джигола С.Р. Кузнецов И.И. Воевал сибиряк на Карельском: Боевой путь 114-й стрелковой Свирской Краснознамённой дивизии. - Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1987. - 139 с.

Или ее страницы, где описываются события середины июля 1944 года у Ниет-ярви.