Крест Скорби и Покаяния

...и в том строю есть промежуток малый. Быть может, это место для меня...

  • Увеличить размер
  • Размер по умолчанию
  • Уменьшить размер
Главная Литература Книги Неизвестный солдат


Неизвестный солдат

E-mail Печать PDF

Неизвестный солдат

Списки литературы про освобождение Карелии


Неизвестный солдат

Tuntematon sotilas

Автор: Вяйнё Линна

Переводчики В. Смирнов, Ирма Марцина

Издательство: Прогресс

ISBN 5-01-002092-0; 1991 г.

Прочитать можно здесь.


В конце сцена боя на Карельском Перешейке очень похожа на то, что произошло в траншее у Ниет-ярви

Яловаара лежал за деревом. Время тянулось медленно. Взвод был готов, но следовало дождаться назначенного момента. Прапорщик смотрел на низину, по которой должна была двинуться ударная группа. Ему хотелось бы самому возглавить ее, но не на кого оставить взвод. Мяяття не мог справиться со взводом, ибо при всей храбрости не обладал способностью увлекать за собой людей. Он мог сам пойти впереди, но не сумел бы уговорить людей, если бы они за ним не последовали. Отсутствие Рокки болезненно давало о себе знать. Поступавший на фронт человеческий материал становился все хуже. Ополченцы были ни на что не годны, а новобранцы двадцать пятого года рождения слишком молоды и неопытны. Многие из них были отважны и с огоньком, но требовались недели, чтобы превратить их в настоящих бойцов.

...

- Позиции по берегу реки надо отвоевывать. С них ни на шаг. Пусть даже для этого придется умереть.
...

Яловаара взял на мушку ручной пулемет противника: тот хотя и был замаскирован, но выдал себя. Его, Яловаары, выстрел будет сигналом к открытию огня.

Он нажал на спусковой крючок, и в следующий момент разом заговорило больше десятка винтовок и автоматов. Сразу же заработал пулемет Мяятти, его ровный непрерывный стук слышался сквозь разноголосый треск.

Прапорщик увидел, как Ванхала пополз вперед, но мог лишь краешком глаза наблюдать за продвижением ударной группы, так как должен был продолжать огонь. Он успел заметить, как Асуманиеми, выпрямившись чуть ли не во весь рост, пробежал мимо Ванхалы, стреляя из зажатого под мышкой автомата.

Асуманиеми сначала полз следом за Ванхалой, но, когда очередь из автомата просвистела у него над ухом, поднялся и молниеносно ринулся вперед, так что потерял фуражку, которая, как обычно, была заломлена у него набекрень.Увидев это, Ванхала тоже встал. Машинально, почти не задумываясь. Он понял, что таиться после дерзкого броска Асуманиеми не имеет смысла и теперь все решает скорость.

Пи-пиу. Пиу-пиу-пиу...

Не переводя духа, Ванхала пробежал те сорок метров, которые отделяли их от начала хода сообщения. Все это время он чувствовал себя на мушке, ибо его, не переставая, преследовало злобное посвистывание пуль. Оглянуться на Хонкайоки у него не было времени.
Ход сообщения начинался мелкой канавкой и тянулся на значительное расстояние. Людей в нем не было, но он весь простреливался. Ванхала бросился на дно, и Асуманиеми чуть не ударил его сапогом в лицо. Ванхала оглянулся: Хонкайоки за ними не было.

Асуманиеми поднял голову и посмотрел вперед. В стену окопа тотчас градом заколотили противно ноющие пули. Запыхавшийся от бега и раскрасневшийся, он сказал:

- Нам повезло! Я иду дальше. Давай за мной и держи лимонки наготове. Вон за тем изломом окопа притаился один. Я сперва покончу с ним. Смотри, друг, нам надо накрыть его. Проползем по окопу еще вперед.

- Нас всего лишь двое, парень!

- Ничего! Будем брать внезапностью... Я пошел.

Асуманиеми пополз дальше, Ванхала за ним. В это мгновение раздался взрыв - прямо перед ними упала граната.

- Сейчас я кину, - Асуманиеми выдернул чеку. - Получай, дружок.

Граната вылетела, как мяч из руки школьника, и взорвалась точно в назначенном месте. Парень рванулся вперед, с развевающимися от ветра волосами. Ванхала, пыхтя, передвигался следом за ним на четвереньках, забавно подбрасывая зад.

Пиу-пиу-пиу...

Треск выстрелов все усиливался. Весь взвод, увидев, что Асуманиеми и Ванхала достигли хода сообщения, палил теперь вовсю. Яловаара понимал, что самое трудное для них еще впереди. Низина находилась почти в мертвом пространстве, и на ней было еще не так опасно. Но как это будет выглядеть на самой позиции?.. И еще этот дылда... Вот черт!

Яловаара заметил, что Хонкайоки не пополз за Ванхалой и Асуманиеми. Но что это, кажется, он наконец-то двинулся?

Яловаара увидел странное зрелище. Хонкайоки скакал вперед на четвереньках. Он передвигал руками и ногами не попеременно, а попарно: сначала отталкивался обеими руками, потом ногами - весьма своеобразный галоп на четвереньках. Но всего удивительнее было то, что он развивал при этом невероятную скорость. Руки и ноги Хонкайоки так и мелькали; казалось, по низине бежит какой- то невиданный зверь. Еще несколько длиннющих прыжков - и он исчез в ходе сообщения.

За первым изломом окопа лежал русский, убитый гранатой. Другой, раненый, пытался уползти. Еще двое двигались ему на помощь и вдруг застыли на месте. Они знали, что противник проник в окоп, но все же растерялись, увидев прямо перед собой парня без шапки с автоматом наизготове.

Трррррт-трррт-трррррт...

Оба упали, не проронив ни звука. Асуманиеми, обернувшись, крикнул:

- Окоп разветвляется! Кто-то один пусть прикрывает нас в этом месте.

- Да ведь он не пошел с нами, - отдуваясь, сказал Ванхала, но в то же мгновение увидел, как Хонкайоки спрыгнул к ним в окоп.

- Быстрее, быстрее! Сюда!

Задыхаясь, вытаращив глаза, Хонкайоки подбежал к ним.

- Тут окоп разветвляется... Помнишь?.. Он ведет к бывшему блиндажу второй роты... Ты должен здесь прикрыть нас, чтобы мы смогли подойти к пулеметам... - Рядом громыхнуло: бам!

- Граната.

- И я отвечу им тем же.

Асуманиеми снова бросил гранату. Как только она взорвалась, все трое кинулись к разветвлению. Оттуда им навстречу вылетели одна за другой три гранаты. Ванхала и его солдаты отскочили на несколько шагов назад и бросились на землю.

- Я прикончу того раненого, - сказал Асуманиеми. - Чтобы он не стрелял нам в спину.

- Он уже не сможет этого сделать, - ответил Ванхала.

Гранаты взорвались, и они предприняли новую попытку. Асуманиеми взял гранаты Ванхалы, ибо тот не умел бросать их далеко. Размахнувшись, он швырнул гранату в противника, и она упала как раз в то место, откуда к ним только что вылетели три.

- Ну, будь что будет.;. - Асуманиеми подбежал к следующему излому окопа и выстрелил из-за угла. Затем сквозь непрерывный треск автомата послышался его крик:

- Эй, вы, сюда... Тут четверо... или больше...

Ванхала с Хонкайоки бросились вслед за Асуманиеми.

Добежав до изгиба, они увидели, как тот стрелял в груду людей, которая еще шевелилась.

Окоп здесь разветвлялся. Ванхала бросил одну за другой две гранаты в направлении бывшего блиндажа второй роты и приказал Хонкайоки прикрывать тут вход в окоп.

- Ради бога, не давай им уйти... Держи лимонки наготове... Если будут бросать в тебя, укройся, но только никого не пропускай...

Ванхала задыхался от напряжения и быстрого бега. Хонкайоки, пытаясь побороть страх, театрально вскинул автомат и, хватая ртом воздух, сказал:

- Солдат ударной группы Хонкайоки прибыл в ваше распоряжение!

Затем Ванхала швырнул свою последнюю гранату, и, когда она разорвалась, они свернули в следующий излом окопа. Асуманиеми весь был удаль и бесстрашие, и его воодушевление передалось Ванхале. Он сознавал, что их предприятие удалось; успех, а также сознание того, что в этом успехе есть и его доля, кружили ему голову, и он снова хихикал.

Открыв огонь по брустверу стрелкового окопа, чтобы прижать противника к земле, они услышали сзади крик Яловаары. Ванхала оглянулся и увидел бегущего прапорщика, а позади него Сихвонена и нескольких новобранцев. Второй полувзвод продвигался через низину тем же путем, что и они.

Два пулемета, которые они должны были подавить, стояли безмолвные на бруствере окопа. Противник хотя и обстреливал наступающий взвод с более отдаленных позиций, однако это не могло помешать атаке.

Первым в окоп спрыгнул Яловаара. Он приказал Ванхале вернуться назад и направить второй полувзвод в окоп, ведущий к бывшему блиндажу второй роты. Хотя так было решено заранее, прапорщик хотел еще раз подтвердить приказ. Кроме того, он передал через Ванхалу приказ для Хонкайоки, чтобы тот оставался на своем месте, у разветвления окопа, до тех пор пока не прибудет с пулеметом Мяяття. Пулемет следовало поставить с таким расчетом, чтобы препятствовать противнику уходить через окопы, когда он побежит, будучи смят ударами во фланги.

- Теперь, ребята, все дело за нами! Мы вцепились в позицию и больше ее не уступим. Навалимся, сколько есть силенок. Задним следить за тем, чтобы никто не улизнул. И непрерывно подавать гранаты передним. Ну, идем, Асуманиеми!

Яловаара почувствовал небывалый подъем. Он сам пошел впереди, преисполненный решимости выполнить свой долг. Наблюдая, как Ванхала, Асуманиеми и Хонкайоки ведут бой гранатами, он пожалел, что не оставил взвод на Мяяттю и не пошел с ними сам. Ему было стыдно посылать вперед других, поэтому он и решил принять непосредственное участие в бою.

Атака во фланг началась. Прапорщик шел впереди с автоматом под мышкой, Асуманиеми бросал через его голову гранаты. Почти из каждого излома окопа гранаты летели и им навстречу, но превосходство явно было на стороне Асуманиеми. Он бросал гранаты так далеко и так метко, что финны почти беспрепятственно продвигались вперед.

Так они добрались до места, где ход сообщения соединялся с окопом, идущим параллельно берегу реки. Там завязался было ожесточенный бой гранатами, однако Яловаара скоро положил ему конец, отважно пробежав до следующего излома и очистив находившийся за ним отрезок окопа огнем из автомата. При этом были убиты капитан и три солдата противника. Это означало прорыв.

Положение финнов заметно улучшилось. Отсюда можно было эффективно обстреливать второй захваченный противником опорный пункт. Яловаара приказал как можно быстрее доставить сюда пулемет Мяятти, который все еще обеспечивал огневое прикрытие второму полувзводу. Когда Мяяття прибыл, он взял под обстрел соседний опорный пункт, за который уже шел ожесточенный рукопашный бой. Этот опорный пункт лежал перед ними как на ладони, и вскоре они увидели, что противник отступает по ходу сообщения. Таким же точно образом и финны в свое время потеряли этот опорный пункт; завладевшему господствующей высотой противнику было легко взять под обстрел позиции, и финнам пришлось их сдать. Теперь их оставлял противник, не выстоявший под огнем пулемета Мяятти, расстреливающего одну патронную ленту за другой по окопу и стрелковым ячейкам.

Остальная часть взвода атаковала противника вдоль окопа, и наконец настал тот момент, которого так ждал Яловаара. Противнику пришлось покинуть и окоп, и опорный пункт. Со стороны бывшего блиндажа второй роты слышались непрерывные разрывы гранат, а прямо перед ними первый солдат противника уже вскарабкался на бруствер и пытался найти укрытие за береговым скатом, но, не сделав и нескольких шагов, был убит.

- Вон там! Человек десять! - крикнул Ванхала.

Метрах в тридцати перед ними несколько солдат противника выбрались из окопа, но положение их было безнадежно. Солдаты Яловаары бросились в стрелковые окопы и открыли огонь. Даже самые робкие поддались общему порыву, ибо опасность была невелика, а трофеи обеспечены. Большинство неприятельских солдат погибли на береговом скате. Некоторым удалось добежать до реки, но вода и там фонтанчиками вскипала вокруг них.

- Цельтесь хорошенько, братцы!.. Полный расчет... Дадим им, чего они просили! - хрипло и отрывисто кричал Яловаара, кипя злобой и ненавистью.

Асуманиеми беспечно поднялся и встал во весь рост.

- Эй, ребята! Конец стилю баттерфляй! Вы все видите?

- Вот и я тоже... И мы так же перебирались... Вот вам... за сапоги, - Ванхала сводил старые счеты.

Больше всего шуму производил Хонкайоки - он за это время присоединился к впереди идущим и участвовал в бою, если только это можно назвать участием. В противника он не попадал, да и не очень-то в него целился, а лишь палил с яростным видом в белый свет и кричал Ванхале:

- Ударная группа «Ванхала»! Блестящие результаты! Родина вас не забудет!

Хонкайоки понимал, что его доля в успехе этого предприятия ничтожна. Ну да, он несколько замешкался на старте. Однако ведь следовало сперва уточнить обстановку, это ж и дураку ясно.

Ни один солдат противника не переправился через реку. Однако из-за реки русские ответили сильным огнем. Со стороны блиндажа второй роты раздался оглушительный грохот, и солдаты догадались, что произошло: связкой гранат подорвали блиндаж.
- Братцы! У меня кончились патроны. Может, кто даст?

Асуманиеми повернулся чуть вбок в стрелковом окопе, так что в амбразуре стали видны его голова и плечи, и вдруг пошатнулся, схватившись за грудь.

Он сделал несколько шагов, точно пьяный, а затем быстро проговорил:

- Слева... Сердце слева... - и рухнул на дно окопа.

Когда Яловаара и Ванхала перевернули его на спину, они увидели, что он мертв. Пуля действительно прошла возле самого сердца.

Яловаара вдруг отвернулся. Он сделал несколько быстрых шагов, затем взял себя в руки и сказал:

- Всегда лучшие люди...

Бойцы перестали стрелять. Все были ошеломлены. Удачная, прошедшая без потерь атака настроила всех на триумфальный лад, гибель же Асуманиеми подействовала, как удар дубинкой по голове. На лице убитого застыло удивленное выражение: вероятно, его отвага основывалась на полной уверенности, что для него опасности не существует. Ему отпущено было лишь краткое мгновение, чтобы осознать: игра с жизнью может стоить самой жизни.



Он был самым красивым покойником из всех, каких им доводилось видеть. Его лицо еще сохраняло несколько недоуменное детское выражение, вообще же оно было очень спокойным, без того напряженного оскала, из-за которого на лица убитых так неприятно смотреть.



Яловаара оставил нескольких солдат наблюдать за берегом реки, а сам вместе с Ванхалой, Хонкайоки, Сихвоненом и одним из новичков отправился по ходу сообщения к блиндажу второй роты.

Шестеро вражеских солдат сдались, увидев, что отступление безнадежно. Они отступали перед вторым полувзводом, когда поняли, что путь назад закрыт. Шедший последним поднял руки вверх, но вдруг схватил брошенный автомат, приложил его к горлу и выстрелил. На нем были погоны младшего лейтенанта.

Опорный пункт был отвоеван. Во втором полувзводе ранили двоих - одного осколком гранаты, другого куском дерева, отлетевшим в блиндаж от косяка двери, когда там взорвалась граната.

В блиндаже были взяты в плен три солдата, всего пленных теперь было восемь. Яловаара отослал их в тыл и поспешил расставить своих людей на позиции. Как только противник убедится, что в опорном пункте нет его людей, он тотчас же откроет жесточайший артиллерийский огонь. Сомневаться в этом не приходилось.

В соседнем опорном пункте тоже все было уже тихо.Противник и там пытался переправиться через реку, но безуспешно: слишком хорошую позицию занимал пулемет Мяятти. Яловаара пошел его проведать.

Помощник Мяятти, новобранец, был вне себя от радости, сам же Мяяття с равнодушным видом курил. Яловаара поблагодарил его, но Мяяття и виду не подал, что доволен, а сказал лишь, будто и не слышал слов прапорщика:

- Самое лучшее будет поставить пулемет в укрытие от осколков. Теперь уже недолго ждать - скоро пойдет железный дождь.

Яловаара понял, что всякие высокие материи нимало не заботят Мяяттю. Он пошел дальше по окопу. Группа солдат окружила санитаров, укладывавших на носилки убитого Асуманиеми.

- Он был хорошим гимнастом, - сказал кто-то. - В учебном лагере всегда тренировался, там были спортивные снаряды.

- Он и тут подтягивался на суку в свободное время.

Яловаара приказал отправить тело в тыл до того, как начнется артиллерийский обстрел. Когда санитары ушли, он сказал Ванхале:

- Сегодня ты заработал себе второе лычко, Брюхо. Печально, правда... - здесь его голос дрогнул, - ...что Асуманиеми так дорого заплатил за это. - Прапорщик посмотрел на Хонкайоки. - Ты тоже вел себя отважно. - Он улыбнулся, вспомнив, как Хонкайоки на четвереньках скакал в атаку.

Хонкайоки сделал большие глаза, скорчил почтительную мину, снял фуражку и поклонился.

Все засмеялись, наверное, чуточку громковато. Веселье было несколько истеричным - напряжение боя стало спадать. Лишь Ванхала хихикнул, как обычно, и сказал:

- Этак в конце концов из нашего брата еще получатся настоящие офицеры. Прямо скажем, сегодня ради повышения пришлось из кожи лезть. Но все хорошо, что хорошо кончается... хи-хи-хи...

В этот момент все, как по команде, вдруг нырнули в укрытие от осколков. Хихиканье и насмешки смолкли. С другой стороны реки донесся шум, как будто кто-то рассыпал по полу картошку. Это вступили «Катюши».


Последнее обновление 12.01.16 12:56  


Яндекс.Метрика


Объявления

Картины прошлого обладают способностью удобно переворачиваться в нашем сознании – так, чтобы приуспокоить его.